Печать

Эта работа была написана мной в студенческие годы, в качестве зачётной работы по предмету психодинамическая психотерапия. Материал, который здесь собран, безусловно, известен специалистам. Обычный человек, в этой связи, как правило, может сказать лишь, что что-то слышал о мифе о царе Эдипе.

В данной работе уделяется внимание не только Эдиповому комплексу (комплекс кастрации у мальчиков), но и прохождению этого этапа (комплекс Электры) в развитии девочек. Также показана его роль в формировании женственности.

Если вы имеете смелость узнать какие идеи ассоциировал с мифом о царе Эдипе дедушка Фрейд на самом деле - то милости прошу к приятному чтению.

Но только не говорите, что я вас не предупреждал.

Введение

Сексуальные исследования слишком типичны для детской сексуальности и крайне значимы для симптоматики неврозов. Детское сексуальное исследование начинается очень рано, иногда еще до трехлетнего возраста. Так, мальчик - приписывает обоим полам те же мужские гениталии. Если мальчик затем обнаруживает отличие у маленькой сестры или подруги по играм, то сначала он пытается отрицать это свидетельство своих органов чувств, потому что не может представить подобное себе человеческое существо без столь ценной для него части. Позднее он пугается этого открытия, и тогда прежние угрозы за слишком интенсивное внимание своему половому органу оказывают свое действие. Он попадает во власть кастрационного комплекса, образование которого имеет большое значение для формирования его характера, если он остается здоровым и для его невроза, если он заболевает, и для его сопротивлений, если он подвергается аналитическому лечению.

Комплекс кастрации (от лат. complexus -связь, сочетание и лат. castratio - оскопление) - в психоанализе З. Фрейда, специфическая, совокупная универсальная детская реакция на анатомическое различие полов, проявляющаяся, преимущественно, в форме страха (мальчики боятся лишиться пениса) и зависти (девочки завидуют мальчикам и ощущают себя "кастрированными").

Девочка считает себя глубоко уязвленной из-за отсутствия пениса, завидует в этом мальчику и в основном по этой причине у нее возникает желание быть мужчиной, желание, снова появляющееся позднее при неврозе, который наступает вследствие ее неудачи в женской роли.

Аналитические исследования показывают связь либидо невротиков с их инфантильными сексуальными переживаниями. Оно придает им, таким образом, видимость огромной значимости для жизни и заболевания человека. Немаловажную роль в этом играет такое явление как «фантазия».


 

      1. Фантазия как основа образования комплексов

Рассматривая симптомы неврозов, З. Фрейд обратил внимание на то, что инфантильные переживания, на которых фиксировано либидо, в большинстве случаев не имеют ничего общего с исторической правдой. Он приходит к выводу, что следует поставить наравне фантазию и действительность и не заботиться о том, что преимущественно является причиной данного симптома, реальность или фантазия. По сути, даже если мы имеем в образовании симптома преимущество фантазии — именно фантазия представляет собой реальность, но реальность иного порядка, а именно — психическую реальность. Таким образом, в мире неврозов решающей является психическая реальность.

Посмотрим на проблему комплекса кастрации исходя из данного положения. Не только угроза кастрации, но и такие примеры как наблюдение полового сношения родителей, совращение взрослым лицом могут иметь под собой реальную основу. Вовсе не редкость, что маленькому мальчику, который начинает неприлично играть со своим членом и еще не знает, что такое занятие нужно скрывать, родители или ухаживающие за детьми грозят отрезать член или грешную руку.

Конечно маловероятно чтобы детям так часто грозили кастрацией, как это обнаруживается в анализах невротиков. Здесь, безусловно, может присутствовать элемент той самой фантазии, которая, как мы рассмотрели ранее, является самостоятельной, то есть психической реальностью. Поэтому нам достаточно понимания того, что такую угрозу ребенок соединяет в фантазии на основании намеков, с помощью знания, что аутоэротическое удовлетворение запрещено, и под впечатлением открытия гениталий противоположного пола.

По мнению З. Фрейда потребность в этих фантазиях имеет глубокие корни. Он называет их прафантазии и считает, что они являются филогенетическим достоянием. Иными словами, все, что рассказывается при анализе как фантазия, - совращение детей, вспышка сексуального возбуждения при наблюдении полового сношения родителей, угроза кастрацией - или, вернее, кастрация - было реальностью в первобытной человеческой семье, и фантазирующий ребенок просто восполнил доисторической правдой пробелы в индивидуальной правде.

К. Хорни, исследуя проявление комплекса кастрации у женщин также считает, что основа подобных фантазий может лежать в доисторическом прошлом. Так, на ранней стадии психосексуального развития девочка выстраивает, как правило, на основе (враждебного или любовного) отождествления себя со своей матерью, фантазию о полном сексуальном присвоении отцом. При этом, она создает фантазию о том, что все это реальный факт, причем настолько, насколько это могло произойти в те далекие времена, когда все женщины первоначально являлись отцовской собственностью.

Под воздействием внешней необходимости, «Я» человека постепенно приучается оценивать реальность и следовать принципу реальности, отказываясь при этом временно или надолго от различных объектов и целей своего стремления к удовольствию. Но отказ от удовольствия дается человеку не без своего рода возмещения. Таким возмещением является фантазия. В деятельности фантазии человек наслаждается свободой от внешнего принуждения, от которой он давно отказался в действительности.

З. Фрейд приводит образ заповедника для сравнения со значимостью и ролью области фантазии в душевной жизни человека: «Национальный парк сохраняет свое прежнее состояние, которое повсюду в других местах принесено в жертву необходимости. Там может расти и разрастаться все, что хочет, даже бесполезное, даже вредное».


 

      1. Механизм невротического проявления фантазии

В случае вынужденного отказа удовлетворения желания либидо регрессивно занимает оставленные им позиции. Это означает, что все оставленные объекты и направленности либидо оставлены не во всех смыслах. Они (объекты или их производные) с определенной интенсивностью еще сохраняются в представлениях фантазии.

Либидо уходит в фантазии чтоб найти путь ко всем вытесненным фиксациям. Таким образом, либидо возвращается в подсознание, наполняя своей энергией фантазии, которые прочно связаны с имеющимися фиксациями. В результате, заряженность фантазий энергией так повышается, что они становятся очень требовательными, развивая стремление к реализации.

Независимо от того, были ли они раньше предсознательными или сознательными, теперь фантазии подлежат вытеснению со стороны «Я» (Эго) и, в то же время, предоставляются притяжению со стороны бессознательного. Таким образом формируется склонность к невротичности (интроверсии).


 

      1. Страх как причина образования неврозов и комплекса кастрации

Самой обычной причиной невроза страха является фрустрированное возбуждение. Не удовлетворенное либидо прямо превращается в страх.

Детский страх следует отнести не к реальному страху, а к невротическому. При истерии и других неврозах ответственным за страх является процесс вытеснения.

Разделение психической личности на Сверх-Я, Я и Оно, дает основание принять новую ориентацию и в проблеме страха. В своих исследованиях З. Фрейд исходил из того, что либидозная привязанность к матери как к объекту вследствие вытеснения превращается в страх и выступает отныне в симптоматическом выражении в связи с заменой отцом. Однако, результаты исследования показали, что не вытеснение создает страх, а страх появляется раньше, страх производит вытеснение.

Так, мальчик испытывает страх перед каким-то притязанием своего либидо, в данном случае перед любовью к матери; таким образом, это действительно случай невротического страха. Но эта влюбленность кажется ему внутренней опасностью, которой он должен избежать путем отказа от этого объекта потому, что она вызывает ситуацию внешней опасности. Реальная опасность, которой боится ребенок вследствие влюбленности в мать — это наказание кастрацией.

Дело не в том, действительно ли производится кастрация; решающим является то, что опасность угрожает извне и что ребенок в нее верит. И повод для этого у него есть, поскольку ему достаточно часто угрожают отрезанием члена в его фаллический период, во время его раннего онанизма, и намеки на это наказание постоянно могли получать у него филогенетическое усиление.

Предполагается, что в древности в человеческой семье кастрация подрастающих мальчиков действительно осуществлялась ревнивым и жестоким отцом, и обрезание, которое у примитивных народов так часто являлось составной частью ритуала вступления в половую зрелость, можно считать явным ее пережитком.

Страх кастрации является одним из наиболее часто встречающихся и наиболее сильных двигателей вытеснения и тем самым и образования неврозов. Анализы случаев, когда не кастрация, а обрезание у мальчиков осуществлялось в качестве терапии или наказания за онанизм, что не так уж редко происходило в англо-американском обществе, придает данному убеждению окончательную уверенность.

Некоторые старые ситуации опасности могут перейти и в позднейший период, модифицируя в соответствии со временем свои условия страха. Так, например, опасность кастрации сохраняется под маской сифилофобии. Будучи взрослым, человек знает, что кастрация больше не применяется в качестве наказания за удовлетворение сексуальных влечений, но зато он узнал, что такая сексуальная свобода грозит тяжелыми заболеваниями. Нет никакого сомнения в том, что лица, которых мы называем невротиками, остаются в своем отношении к опасности инфантильными, не преодолев старые условия страха.


 

      1. Особенность протекания комплекса кастрации у мальчиков и девочек

В аналитический психологии женщине также приписывается комплекс кастрации, но он не имеет то же содержание, что и у мальчика. У мальчика комплекс кастрации возникает после того, как, увидев женские гениталии, он узнает, что такой половой орган как у него может и не быть вместе с телом. Затем он вспоминает угрозы, которым он подвергался, познавая особенности своего тела, начинает им верить и попадает с этих пор под влияние страха кастрации, который становится самой мощной движущей силой его дальнейшего развития. Мальчик благополучно разрешается от комплекса кастрации с появлением Эго, а затем Суперэго, что позволяет его ощущать себя самостоятельной единицей, дает возможность проявлению психологической автономии в треугольнике отношений: ребенок — мать — отец (при отсутствии фиксации на ранних фазах развития).

Эдипов комплекс мальчика, когда он желает свою мать, а отца хотел бы устранить как соперника, развивается, конечно, из фазы его фаллической сексуальности. Но угроза кастрации принуждает его отказаться от этой установки. Под влиянием опасности потерять пенис Эдипов комплекс оставляется, вытесняется и в наиболее нормальном случае разрушается до основания, а в качестве его наследника вступает в силу строгое Сверх-Я.

У девочки происходит почти противоположное. Комплекс кастрации, напротив, подготавливает Эдипов комплекс, вместо того чтобы его разрушать. Под влиянием зависти к пенису нарушается связь с матерью, и девочка попадает в эдипову ситуацию.

Множественные факторы запрета, действительные для отношения мальчика к матери, не в состоянии вызвать у него отчуждения к объекту — матери. Cпецифическая особенность отличия отношения девочки к матери заключается в том, что именно мать девочка считает ответственной за отсутствие пениса и не может простить ей этой своей обделенности.

Комплекс кастрации у девочки тоже возникает благодаря тому, что она видит гениталии другого. Она сразу же замечает различие и его значение. Она чувствует себя глубоко обделенной, часто дает понять, что ей тоже хотелось бы "иметь такое же", в ней появляется зависть к пенису, которая оставляет неизгладимые следы в ее развитии и формировании характера, преодолеваемые даже в самом благоприятном случае не без серьезной затраты психических сил.

Исследуя проблему женской зависти к пенису, К. Хорни рассматривает ту форму комплекса кастрации, в которой зависть проявляется в желании мочиться по-мужски. Анализ клинического материала позволил выявить, что ощущение ущербности берет начало в уретриальном эротизме. Мотив, порождающий и поддерживающий это желание — инстинкт активной и пассивной скоптофилии (любовь к созерцанию).

Это предположение базируется на том, что именно при акте мочеиспускания мальчик может показать свои гениталии и увидеть их сам. Он таким образом может удовлетворять свое сексуальное любопытство, по крайней мере к собственному телу. Также как женщина, вследствие того, что ее гениталии скрыты, представляет вечную великую загадку для мужчины, так и мужчина представляет собой предмет вечно живой зависти для женщины именно в связи с доступностью собственному взору его полового органа. К. Хорни считает, что этот фактор играет ведущую роль во всех случаях чрезмерной скромности и излишней стыдливости у девочек.


 

      1. Комплекс кастрации как фактор обуславливающий становление женственности

Открытие своей кастрации является поворотным пунктом в развитии девочки. Оно открывает три направления развития:

К. Хорни рассматривает факторы, которые определяют: будет ли комплекс зависти к пенису более или менее удовлетворительно преодолен или, наоборот, получая подкрепление, будет вести к регрессу личности до тех пор, пока не зафиксируется. Девушки и женщины, желание которых быть мужчиной часто просто бросается в глаза, в самом начале своей жизни прошли через фазу чрезвычайно сильной фиксации на отце. Другими словами: сперва они пытались преодолеть Эдипов комплекс нормальным путем, сохраняя первоначальное отождествление с матерью, и, как и мать, избирали отца в качестве объекта любви.

На этой стадии существуют два возможных пути преодоления комплекса зависти к пенису без неблагоприятных последствий для самой девочки. Через аутоэротическое нарциссическое желание пениса она может придти либо к женской установке стремления к мужчине (отцу), и именно посредством отождествления себя с матерью, либо к материнской установке желания иметь ребенка (от отца). Первоисточник, или, во всяком случае, один из источников и той, и другой установки является нарциссическим по характеру, а по природе — стремлением к обладанию.

Девочка остается под влиянием фактора комплекса кастрации неопределенно долго и лишь поздно, да и то не полностью освобождается от него. В этих условиях у девочки должно пострадать образование Сверх-Я, оно не сможет достичь той силы и независимости, которые и придают ему культурное значение, и, как говорит К. Хонри, феминисты не любят, когда им указывают на последствия этого момента для обычного женского характера.

То, что девочка признает факт отсутствия пениса, отнюдь не говорит о том, что она с этим смиряется. Напротив, она еще долго держится за желание тоже получить "это", верит в эту возможность невероятно долго, и даже тогда, когда знание реальности давно отбросило это желание как невыполнимое.

Фаза отождествления с матерью в сильной степени уступает место еще более сильному отождествлению с отцом, и одновременно происходит регресс к догенитальной стадии. Процесс отождествления с отцом К. Хорни считает одним из источников развития комплекса кастрации у женщин.

Фантазия о кастрации в результате любовных отношений с отцом является типичной и фундаментально важной. К. Хорни склона считать ее вторым источником комплекса кастрации у женщин.

Смысл этого комплекса состоит в том, что в значительной степени подавленная женственность самым тесным образом связана с фантазиями о кастрации. Или же, глядя с точки зрения временной последовательности, травмированная женственность создает почву для комплекса кастрации, ответственного (хотя и не в первую очередь) за патологические искажения в развитии женщины. Возможно здесь лежит причина мстительного отношения к мужчинам у женщин с выраженным комплексом кастрации.

За самой завистью к пенису несомненно прячется глубокое и чисто женское любовное отношение к отцу, и зависть к пенису приводит к отказу от собственной половой роли только тогда, когда это детское чувство приходит к своему печальному концу через Эдипов комплекс (также точно как и соответствующий мужской невроз).

Невротик-мужчина, отождествляющий себя с матерью, и невротик-женщина, отождествляющая себя с отцом, одинаковым образом отказываются от своих половых ролей. И с этой точки зрения страх кастрации у невротика-мужчины (за которым скрывается желание кастрации, чему, по мнению К. Хорни, никогда не уделялось достаточно внимания) в точности соответствует женскому невротическому желанию иметь пенис. Эта симметрия внешняя, так как внутреннее отношение мужчины к отождествлению с матерью является диаметрально противоположным отношению женщины к отождествлению с отцом. Для мужчины желание быть женщиной не только противоречит его сознательному нарциссизму, но отвергается и по другой причине, а именно потому, что стать женщиной, согласно его представлению, означает воплощение всех его детских страхов, касающихся наказания. Для женщины, напротив, желание отождествления с отцом подкрепляется старыми желаниями той же направленности и несет не чувство вины, а скорее чувство приобретения. Поэтому из описанной К. Хорни связи, существующей между идеями кастрации и фантазиями об инцесте, следует роковой вывод, противоположный мужскому — быть женщиной само по себе преступно.

Как вторая возможная реакция на открытие женской кастрации выделено развитие сильного комплекса мужественности у женщин. Под этим подразумевается, что девочка как бы отказывается признать этот неприятный факт, упрямым протестом еще больше преувеличивает свою прежнюю мужественность, находит себе прибежище в идентификации с фаллической матерью или отцом.

Результатом такого преувеличения может быть конституциональный процесс, который проявляется в активности большей меры, что обычно характерно для самца. Сущностью процесса является то, что в этом месте развития не происходит сдвига к пассивности, который открывает поворот к женственности. Крайним проявлением этого комплекса мужественности кажется нам влияние на выбор объекта в смысле открытого гомосексуализма.

Такие девушки на время принимают отца в качестве объекта и попадают в эдипову ситуацию. Но затем вследствие неизбежных разочарований в отце они вынуждены регрессировать к своему раннему комплексу мужественности. Подобные разочарования не минует и девушка склонная к женственности, но без того же результата.

Таким образом, эдипов комплекс девочки напрямую проистикает от доэдиповой связи с матерью, которая столь важна и оставляет стойкие фиксации. Для девочки эдипова ситуация является исходом долгого и трудного развития, чем-то вроде предварительного освобождения, некой точкой покоя, которую она не так-то скоро оставит.

Список литературы

  1. Фрейд З. Введение в психоанализ: Лекции. Спб.: Питер, 2001. — 381 с.

  2. Хорни К. О происхождении комплекса кастрации у женщин. Доклад на VII Международном Психоаналитическом Конгрессе Берлин, 1922. Онлайн Библиотека http://www.psychol-ok.ru/lib/horney/gp/gp_01.html